Саймон Уильямс всегда мечтал о свете софитов. Он родился в семье голливудских магнатов, но вместо унаследованного кресла продюсера выбрал путь актёра. Правда, таланта ему хватало лишь на роли в рекламе дезодорантов и второплановых злодеев в мыльных операх. Его жизнь была чередой провальных кастингов и унизительных проб, пока однажды его собственный брат, уставший от вечных просьб о деньгах, не предложил «уникальную роль». За огромный чек Саймон согласился стать подопытным кроликом для экспериментальной технологии, которая, по словам брата, «навсегда изменит индустрию развлечений».
Вместо ожидаемого улучшения актёрских данных, технология наделила Саймона способностью превращать свою жизненную энергию в невероятную силу и неуязвимость. Его агент, человек с обонянием на скандалы, моментально придумал ему псевдоним — Чудо-человек — и упаковал это в глянцевый миф о «первом в мире супергерое-знаменитости». Саймона не спасали мир — он его продавал. Его подвиги тщательно планировались пиар-командой, снимались на камеру лучшими постановщиками и выходили в эфир в прайм-тайм. Каждое появление на месте «чрезвычайной ситуации» сопровождалось размещением товаров партнёров, а спасённые заложники давали интервью исключительно для его официального приложения.
Его враги были не сумасшедшими злодеями, а конкурентами по шоу-бизнесу: уставшей от его славы суперзвездой, превратившейся в огнедышащую Фурию, или режиссёром-неудачником, который с помощью украденных технологий мстил студиям, породившим Чудо-человека. Его главной битвой стала не борьба со злом, а война за рейтинги с другим «героем», чей образ был куплен крупной стриминговой платформой. Их эпическое столкновение на фоне горящего знака Голливуда транслировалось по платной подписке, с рекламными паузами и возможностью выбрать победителя интерактивным голосованием.
В финале Саймон, окружённый ореолом из спецэффектов и пустых восторгов фанатов, смотрел на город с небоскрёба своей медиа-корпорации. Он был идеальным продуктом системы: героем без подвига, знаменитостью без таланта, чудом, созданным в лаборатории маркетинга. И он понимал, что самый большой обман — это не его сверхспособности, а убеждённость зрителей в том, что им всё это действительно нужно.
